В этот день у меня был очередной законный выходной. Я благополучно отоспался до 9 часов, принял контрастный душ, не спеша позавтракал, выпил кофе и блаженно развалился в кресле перед ноутом: посмотреть новости, полистать сообщения, пообщаться. После обеда можно будет погулять, купить продукты, да мало ли чего!
— А что за помощь-то нужна?
— Да так, перевезти кое-что по мелочи — коробки, чемоданы, узлы…
— Кто-то из наших переезжает?
— Скорее наоборот, к нашим переезжают. Ты подгребай давай, а потом на месте узнаешь!
— Окей, когда и куда подгребать?
— Где-то через часик, на Бульварную, 35, знаешь?
— Не знаю, но найду по навигатору. Кто там будет?
— Я буду, Толик, Петька, Сашок.
— И Сеня? — вспомнил я ещё одного из наших друзей.
— Сеня? — как-то странно усмехнулся мой собеседник. — Может, и Сеня будет.
— А что так неуверенно?
— Да так, знаешь… В общем, пропал наш Сеня…
— Как пропал Сеня? Когда? — мало сказать, что я удивился. — Я же с ним виделся дня три назад, мы кстати сказать ещё так посидели неплохо, о женщинах поговорили…
— Вот тебе и «о женщинах», — как-то странно отреагировал приятель, — подходи, в общем, там разберёмся.
Больше я ничего выяснить не смог, и принял единственно верное в этой ситуации решение — стал собираться на встречу с друзьями, на какой-то непонятной улице Бульварной, у дома номер 35. Посмотрел по карте — обычный спальный район, стандартная девятиэтажка, отчего встреча назначена именно там? Никто из наших по этому адресу не жил, тогда что же?
Да и вообще, туман полный! Я действительно недавно виделся с Сеней, мы впрямь тогда славно посидели за пивом с креветками, поговорили. Он ну никак не выглядел смертельно больным или озабоченным тяжёлыми проблемами. Обычная работа, нормальная зарплата, спокойная холостяцкая жизнь в съёмной квартире. Никакого левого бизнеса, сомнительных сделок и прочего…
В тот день мы встретились случайно и решили отдохнуть за любимым напитком. И разговоры вроде были обычными: о работе, о футболе и, разумеется, о женщинах.
— Вот ты мне хоть кол на голове теши, но не понимаю я всех этих тонких и звонких миссок! Они все поголовно одинаковые, на одно лицо, худые, будто месяц голодавшие! Прям переживаешь за них, как бы пополам не разломилась, или каким-нибудь вентилятором не сдуло, — разглагольствовал Сеня.
— Ну, ты всё в одну корзину не сваливай, — я был настроен скептически, — есть ведь специальные конкурсы красоты для полных.
— Вот именно, специальные! Не плачь, моя толстушечка, тебе, конечно, не светят обложки Плейбоя, контракты с домами моделей, и прочие радости, довольствуйся своим специальным призом и сиди тихо. Да и вообще, я не про конкурсы красоты, я про обычных девушек. Как они все себя загоняют: «Ой, как мне хочется булочку с маком, только низзя, надо худеть! Я за неделю на полкило поправилась, это же кошмар. Скоро пляжный сезон, и что я буду показывать? Жировые отложения на боках?» И при этом, она такая славненькая, в теле, так нет — замордует себя диетой, превратится в узницу концлагеря, и будет ходить довольная, но с голодным блеском в глазах!
— Но ведь есть очень хорошенькие девушки среднего, так сказать, сложения, не истощённые голодом скелетики, но и не полные рубенсовские фигуры.
— Ты прав, Дим, есть, но мне, что поделаешь, нравятся только дамы в теле — мягкие, уютные, неторопливые. Я не говорю, что худенькие — это плохо, просто это не моё…
— Имеешь полное право, — усмехнулся я, вспоминая свою жену-тростиночку Алёну, в которую до сих пор, кстати сказать, после трёх лет брака, был влюблён, как мальчишка. Ну, у каждого свой вкус, мне, наоборот, всегда нравились стройняшки.
Мы еще потрепались на любимую для всех мужчин тему, и постепенно закруглили нашу встречу. И вот, через три дня мне вдруг сообщают, что Сеня пропал! Что с ним могло произойти?
Когда я приехал на эту таинственную Бульварную, все наши уже были в сборе. Они стояли во дворе дома, окружив хорошенькую тоненькую блондиночку, которая что-то эмоционально им рассказывала, оживлённо жестикулируя. Она была невысокая, стройная, того типа, что нравятся мне. Я подошёл к ним, меня представили девушке: её звали Катя, и она явно была здесь на первых ролях.
— Итак, мальчики, все в сборе? В таком случае начинаем. Для начала все идёмте в квартиру, я покажу что надо выносить, а вы решайте, что куда загружать.
Я пока решил подождать с вопросами, и молча принялся за работу. Всякие ящики и коробки сложности не представляли. По правде, их было немного, и в основном в них находилась всякая посуда.
Самое сложное Катя оставила напоследок. Многочисленные вазоны и горшки с цветами — от простых каланхоэ и герани до каких-то совершенно незнакомых растений. Каждому из нас, кто не находился за рулём, пришлось расположиться на сидении и придерживать эти горшки и вазоны, чтобы, не дай Боже, уронить их или сломать!
— Что вообще происходит? — уже немного сердито спросил я.
— Обыкновенно, что. Девушка переезжает, а мы ей помогаем.
— А кто эта девушка? Пока что я знаю только, что она Катя.
— Это Сенина жена, они вчера подали заявление в ЗАГС, к тому же решили съехаться, не дожидаясь официальной регистрации!
— Опаньки! Это как?
— А вот так. Позавчера они встретились и их ударила такая любовь, что не устояли ребята. Вчера подали заявления, а сегодня уже съезжаются.
— Так ведь буквально за день до этого Сеня мне рассказывал, как он любит пухленьких пышечек и не признаёт стройняшек!
— Ты ему только не вздумай напоминать об этом! Любовь, старик, она штука сложная, что ни говори! — вздохнул Сашок.
— Так вот что значит, «Сеня пропал!» — осенило меня. — Не могли сразу сказать!
— Значит, не могли, — подвёл итог Толик.