Даниил высыпал в ладонь деньги и ещё раз пересчитал их. На цветы для Милы, которые он хотел подарить, не хватало.
— Зачем ты встречаешься с этой куклой? — удивлялись его друзья-однокурсники. — Вокруг полно хороших девчонок — так нет, ты себе эту Мальвину выбрал.
Даниил или отшучивался, или отмалчивался. Мила понравилась ему ещё тогда, когда они вместе были на «абитуре». Правда он, выпускник сельской школы, жил в общежитии. В отличие от Милы, за которой сначала после консультаций, а затем уже после экзаменов, приезжал дорогой «БМВ». Но это не мешало всей компании будущих студентов сосредоточенно обсуждать темы предстоящих экзаменов. Или делиться впечатлениями от встреч с преподавателями.
Они поступили оба. И Даниил, который грыз иностранные языки с редким для сельчанина усердием. И Мила, для которой поступление оказалось не таким уж сложным делом. Как известно, два последних года она провела в Хьюстоне. Английский, который и в школе давался ей без особых проблем, оттачивался на протяжении двух лет. В конце концов, и грамматика, и произношение, и умение говорить на любую тему дошли до такого совершенства, что принимающие экзамены ассистенты с кафедры английской филологии, только переглянулись: зачем, мол, этой девице учёба в нашем ВУЗе? У неё и без того самый высокий уровень говорения и понимания. Поставив в экзаменационном листе «отлично», они ещё долго потом вспоминали симпатичную девушку, которая сразила их самыми изысканными фразами из английского языка.
Даниилу всё давалось намного сложнее. Он учил и теорию, и практику сам, без какой-либо поддержки. Потрепанные учебники и старые кассеты, которые отдала ему школьная учительница после того, как вышла на пенсию, стали его лучшими друзьями на два года, пока он готовился к поступлению в один из самых престижных университетов. Но, как бы то ни было, и усидчивый парень, и девушка, которая провела некоторое время за границей и уже много, чего повидала, поступили, и учились в одной группе.
К третьему курсу Даниил работал на полставки в школе, летом водил экскурсии по центру города. Помимо этого успевал учиться, ходить в «качалку», играл на бас-гитаре в университетском ансамбле «Пламенные сердца». Мила всё так же ездила на занятия на машине, с той только разницей, что за рулём сидела она уже сама. Занятия в спортивной секции её не прельщали, а потому походив на волейбол два месяца, она больше заниматься не стала. Ребята из «Пламенных сердец» встретили её хорошо, однако она выдержала только три репетиции. Ну, а работать девушка не спешила, полагая, что для неё должно найтись что-то более достойное, чем работа учителя или экскурсовода.
Вроде они всё время были вместе, выходили отвечать к одной и той же доске, сидели в одних и тех же лекционных залах, но в один прекрасный момент Даниил понял, что жить без Милы ему просто не хочется. Он стал добиваться встреч, и девушка неожиданно согласилась. Даниил летал на крыльях, ведь по сообщению Милы до него у нее никого не было.
Узнавшие об этом друзья не поверили. Как это — у такой красотки, и раньше не было парней? Тут, видимо, что-то не то. Ребята пытались втолковать Даниилу, что, вероятнее всего, Мила говорила неправду, но тот только отмахнулся: «Завидуете, небось?»
Совсем осоловел парень от счастья, когда любимая девушка пригласила его на свой день рождения. Подарок он сделал ей сам: вырезал из дерева изящную фигурку танцовщицы, которая чем-то напоминала саму Милу. Вырезать из дерева Даниил научился ещё в юности, сосед-краснодеревщик выучил. А вот с цветами… Сунулся было Даниил в один магазин — а там цены были настолько «кусачими», что он как зашёл — так сразу и выскочил оттуда, будто на него ушат кипятка вылили. Пошёл в другой магазин, как ему показалось, попроще — и там та же история. На нежно-розовые гортензии, по мнению парня подходящие цветы для Милы в день рождения, ему никак не хватало денег. Заработка едва хватало на что-то куда более скромное, однако Даниилу хотелось порадовать любимую именно этими нежными цветами.
В конце концов, поняв, что на шикарные гортензии ему не хватит, он купил у бабушек-торговок розовые пионы. С ними и отправился на День Рождения. Когда он пришёл, в квартире уже было полно молодёжи, гремела музыка, тусовка входила в разгар. Даниил, который не ожидал увидеть так много посторонних лиц, немного опешил. Букет, который он вручил прямо у порога, она в комнату не взяла, а положила на тумбочку, сказав: «Прелесть цветы! Я сейчас найду для них вазу!»
Гости заулыбались какой-то непонятной улыбкой. Мила взяла сделанную с любовью статуэтку, повертела в руках. А потом с явно пробивающимся в голосе разочарованием произнесла: «Спасибо». Даниил смешался. Он понял, что его подарок пришёлся «не ко двору». Однако ему об этом ничего не сказали. А Мила меж тем продолжала оживленно беседовать с теми, кто дарил более дорогие подарки.
Вдруг Даниил заметил, что девушка, сидящая напротив, смотрела на него с выражением то ли жалости, то ли поддержки. Он так и не понял. Сама она была одета очень просто, и, скорее всего, до неё ещё не дошла очередь. Почему-то Даниил был уверен, что её подарок тоже не из разряда кричаще-дорогих. Видимо, поэтому она не торопилась вручать его имениннице. Он пошёл в туалет, а когда закрывал за собой дверь «отдельного кабинета», натолкнулся в коридоре на ту самую девушку.
— Вы извините, — тихо произнесла незнакомка, — Мила у нас с детства избалована всем, чем можно. Я обратила внимание на ваш подарок, по моему мнению он очень изысканный. Видимо, вы его сами делали?
Даниил кивнул.
— Вы не обращайте внимания, — всё так же тихо продолжала девушка, — Мила, она по натуре очень добрая и хорошая. Только вот у неё всё есть с детства, поэтому её трудно чем-нибудь удивить.
— А вы… — запнулся Даниил.
— Я её двоюродная сестра, — услышал он в ответ, — вот сама сижу и думаю, что, наверное, мой подарок тоже будет отложен в сторону, и она на него даже не взглянет.
— А знаете, что? — вдруг решился Даниил. — Пойдёмте отсюда. Это ведь не наш с вами праздник, правда?
— Не наш… — покачивая головой, произнесла незнакомка.
— Вот и пойдёмте! — ещё настойчивее повторил Даниил. — Судя по всему, нам здесь делать нечего.
Завязывая кроссовки, он увидел оставленный букет пионов, о котором забыла Мила.
— Возьмите, — протянул Даниил букет девушке в простом шерстяном платье, — это цветы для Милы, да ей, судя по всему, не до пионов.
Затем они потихоньку открыли дверь и выскользнули из квартиры.
Розовые пионы необычайно подходили к скромному светло-серому платью той, кому они достались совершенно случайно.
— А хотите, я вам такую же статуэтку вырежу? — спросил Даниил.
— Хочу, — услышал он в ответ.
— Всё. Замётано, — засмеялся молодой человек.
Подав руку девушке, он помог перескочить ей через лужу. Любуясь на неё, Даниил подумал:
— Как хорошо, что Мила цветы не забрала. Кто бы знал, что они мне ещё пригодятся…